М.Е. Салтыков-Щедрин. Господа Головлёвы



Много образов помещиков оставила в памяти школьная программа. Но, оказывается, самых колоритных героев она от меня утаила. Это как же – проходить кучу всякого скучного вроде «Отцов и детей» и пройти мимо Иудушки Головлёва из «Господ Головлёвых» М.Е. Салтыкова-Щедрина? А чтиво-то изрядное.
Конечно, силён Гоголь своими Ноздрёвым, Плюшкиным да Коробочкой, но Арина Петровна Головлёва со своим сыночком Порфирием (он же Иудушка) куда как сильнее. Образы цельные, люди пугающие, мысль прозрачная. Ей-богу, жаль, что эта штука у меня не значилась в школьной программе. Ведь какие эмоции будит Иудушка своим пустословием. Ведь он по-настоящему страшный персонаж. И страшен-то не открыто, неявно, а исподволь. Потому и приковывает к себе внимание. Поди еще такого сыщи в нашей литературе.
А как хорошо и точно сказано в разъяснение его силы и власти: «Пошлость имеет громадную силу; она всегда застает свежего человека врасплох, и, в то время как он удивляется и осматривается, она быстро опутывает его и забирает в свои тиски». Да и вообще действие романа особенно ближе к концу часто перебивается такими мыслями. Хоть сейчас на стенку. Или говоря по-нынешнему, в демотиватор.
Ну да кратко о сути романа. Салтыков через жизнь одной помещичьей семьи, загнивающей на сломе эпох, на перепутье отмены крепостного права, показывает типовой срез таких вот помещиков, заживо подыхающих в «пустословии, пустомыслии и пустоутробии».
«Пустословие» упоминается чаще всего. Это – основной способ Иудушки тиранить людишек. Пустомыслие – основное его времяпрепровождение. Пустоутробие – единственное повседневное занятие. И в этом отражена вся известная Салтыкову загнивающая часть помещичьей России.
Первая на сцене и вторая по силе образа – мать Иудушки, Арина Петровна. Та скала, которая на время затормозила процесс загнивания семьи. Затормозила, но не обратила его вспять. Потому как единственной ее целью являлось наживание добра ради самого добра. Ни малейшей нет в ней крохи созидания. А с концом крепостного права она вдруг замирает как оглушенная. Она не понимает, что такое, как так и выпускает власть из рук.
Ну а подхватившие и власть и добро наследники (и первый из всех Иудушка), взросшие в тени и под гнетом своей матери-чёрта, могут только бессильно проживать скопленные дивиденды, коптить воздух да заниматься «пустословием, пустомыслием и пустоутробием».
Сама же семейная сага автором дана без большого мастерства. Всё больше не в действиях самих персонажей, а в авторских экскурсах и пояснениях. Насколько слаб такой подход видно по живым сценам с заговаривающими самостоятельно персонажами. Зная, что впереди тебя ждет очередной выход на сцену Иудушки, хочется поскорее проскакать унылые нравоучения автора, его обличительные наброски, ради которых, видимо, и затевался роман.
Эх, дали бы, Михаил Евграфович, героям действовать самим, насколько бы выиграл роман. Ну да видно не романист господин Щедрин, а больше журналист и фельетонист. Однако ведь создал же всё-таки Иудушку Головлёва. Мог бы вообще больше ничего не написать и всё равно вошёл бы в золотой фонд русской литературы.